Красноярская краевая научная библиотека (kraevushka) wrote,
Красноярская краевая научная библиотека
kraevushka

Category:

880. 10 ноября - 100 лет со дня рождения Игнатия Рождественского

Завтра исполняется 100 лет со дня рождения замечательного красноярского писателя Игнатия Дмитриевича Рождественского. Всех, кому дорого творчество Игнатия Рождественского, мы приглашаем 15 ноября в Красноярский краевой драматический театр им. А.С. Пушкина на юбилейный вечер.

Ведущая вечера – литературный критик, член Союза писателей России, доцент Красноярского института инженеров транспорта Лариса Терентьевна Сакова. В вечере примут участие дочь писателя Лидия Игнатьевна Рождественская и директор Литературного лицея, главный редактор журнала «День и ночь» Марина Олеговна Саввиных.

В исполнении актеров Красноярского краевого драматического театра им. А.С. Пушкина прозвучат стихи и песни на стихи Игнатия Дмитриевича, будут показаны отрывки из фильма о нем, снятого Лидией Рождественской.

Книги Игнатия Рождественского и литература о нем будут представлены на выставке "Певец земли сибирской" в фойе театра. Среди экспонатов  - редкие издания 1940-х годов: «Голубой вымпел» (1940), «Анка-северянка» (1943), «Сердце Сибири» (1944). Посетители смогут увидеть все поэтические сборники Игнатия Дмитриевича, познакомиться с публицистикой писателя. Выставка подготовлена сотрудниками отдела городского абонемента.

Начало в 19.00. Вход свободный.

Игнатий Рождественский в 1930-х годах учительствовал в северных районах Красноярского края, в том числе в Игарке. Там одним из учеников Рождественского был Витя Астафьев. По катом рассказ В.П. Астафьева "Учитель" - вот какими должны быть наши учителя литературы!

УЧИТЕЛЬ

Замечательный человек, встретившийся мне в начале жизненного пути, был Игнатий Дмитриевич Рождественский, сибирский поэт. Он преподавал в нашей школе русский язык и литературу, и поразил нас учитель с первого взгляда чрезмерной близорукостью. Читая, учитель приближал бумагу к лицу, водил по ней носом и, ровно бы сам с собою разговаривая, тыкал в пространство указательным пальцем: «Чудо! Дивно! Только русской поэзии этакое дано!»
«Ну, такого малохольненького мы быстро сшама-ем!» — решил мой разбойный пятый «Б» класс.
АН не тут-то было! На уроке литературы учитель заставил всех нас подряд читать вслух по две минуты из «Дубровского» и «Бородина». Послушав, без церемоний бросал, сердито сверкая толстыми линзами очков: «Орясина! Недоросль! Под потолок вымахал, а читаешь по слогам!»
На уроке русского языка учитель наш так разошелся, что проговорил о слове «яр» целый час и, когда наступила перемена, изумленно поглядев на часы, махнул рукой: «Ладно, диктант напишем завтра».
Я хорошо запомнил, что на том уроке в классе никто не только не баловался, но и не шевелился. Меня поразило тогда, что за одним коротеньким словом может скрываться так много смысла и значений, что все-то можно постичь с помощью слова и человек, знающий его, владеющий им, есть человек большой и богатый.
Впервые за все время существования пятого «Б» даже у отпетых озорников и лентяев в графе «поведение» замаячили отличные оценки. Когда у нас пробудился интерес к литературе, Игнатий Дмитриевич стал приносить на уроки свежие журналы, книжки, открытки и обязательно читал нам вслух минут десять — пятнадцать, и мы все чаще и чаще просиживали даже перемены, слушая его.
Очень полюбили мы самостоятельную работу — не изложения писать, не зубрить наизусть длинные стихи и прозу, а сочинять, творить самим.
Однажды Игнатий Дмитриевич стремительно влетел в класс, велел достать тетради, ручки и писать о том, кто и как провел летние каникулы. Класс заскрипел ручками.
Не далее месяца назад я заблудился в заполярной тайге, пробыл в ней четверо суток, смертельно испугался поначалу, потом опомнился, держался по-таежному умело, стойко, остался жив и даже простуды большой не добыл. Я и назвал свое школьное сочинение « Жив ».
Никогда еще я так не старался в школе, никогда не захватывала меня с такой силой писчебумажная рабо-та. С тайным волнением ждал я раздачи тетрадей с сочинениями. Многие из них учитель ругательски ругал за примитивность изложения, главным образом за отсутствие собственных слов и мыслей. Кипа тетрадей на классном столе становилась все меньше и меньше, и скоро там сиротливо заголубела тоненькая тетрадка. «Моя!» Учитель взял ее, бережно развернул — у меня сердце замерло в груди, жаром пробрало. Прочитав вслух мое сочинение, Игнатий Дмитриевич поднял меня с места, долго пристально вглядывался и наконец тихо молвил редкую и оттого особенно дорогую похвалу: «Молодец!»
Когда в 1953 году в Перми вышла первая книжка моих рассказов, я поставил первый в жизни автограф человеку, который привил мне уважительность к слову, пробудил жажду творчества.

Tags: Астафьев, наша библиотека, писатели
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments