Красноярская краевая научная библиотека (kraevushka) wrote,
Красноярская краевая научная библиотека
kraevushka

Categories:

1233. Красноярск в книге Ольги Ильиной "Белый путь, или Русская Одиссея". Начало

Ирина lesoteka в предыдущем посте (перепосте) рассказала о проекте Казанского музея Е.А. Боратынского, об Ольге Ильиной-Боратынской, о встрече, прошедшей недавно в нашей библиотеке, и о предыстории нашего "расследования".

После того как мне позвонили из нашего Литературного музея и попросили помочь "опознать" места и здания, упомянутые в книге "Белый путь", я рассказала Ирине обо всем, показала присланные из Казани фрагменты книги. Она так же, как я, увлеклась этим текстом и разгадыванием упоминаемых в нем мест. Ирина проделала огромную работу по подготовке фотопрезентации, которую мы показали на круглом столе.  В разгадывании мест и зданий участвовали краеведы Марина Терешкова, Николай Сизов, Алексей Елисеенко, Сергей Орловский, Константин Карпухин, Иван Воронов, а также, конечно же друзья из Красноярского литературного музея, в первую очередь Ольга Ермакова. Спасибо огромное всем!

Сейчас я покажу вам Красноярск, такой, каким его представили мы, читая выдержки из романа Ольги Александровны "Белый путь, или Русская Одиссея".
Представили не сразу, а после довольно мучительных размышлений, поисков, копаний в своих и имеющихся у друзей архивах фотографий и библиотечных документов (времени работать в архиве не было, увы). Из книг это, в первую очередь памятные книжки Енисейской губернии за 1913 и 1915 гг., справочники по Красноярску за 1911 и 1914 гг., справочник "Улицы Красноярска" (издан в 1911 г.), издание "Полгода Советской власти в Енисейской губернии" (Красноярск, 1920), различные издания Красноярского общества врачей, "Прогулки по Красноярску" Г. В. Ульянова ug2012 в Путеводителе по Красноярску. А еще газета "Красноярский рабочий" -  за некоторые месяцы 1920 г. (конец января - апрель).
Именно в это время Ольга Ильина-Боратынская и её родные находились в Красноярске (по книге - с 20 января по май 1920 г.).

Мы будем рады любым поправкам, дополнениям!

Произведение представляет собою симбиоз жанров – мемуаров и художественного произведения, в связи с чем есть изменения в фамилиях, отражении тех или иных событий и пр.

События в романе до прибытия в Красноярск:

О.А. Ильина (в романе – Ольга Волотская) и ее близкие двигались с ноября 1919 года от Омска в обозе за Казанским драгунским полком (ее муж Кирилл Борисович Ильин был офицером этого полка), в составе Первой кавалерийской дивизии. После Ачинска воинские подразделения оставили обозы, и гражданские лица продолжали путь самостоятельно. Какое-то время они ехали на санях, затем удалось устроиться в багажном вагоне поезда французской миссии, на нем и отправились в Красноярск (это был конец декабря 1919 года).


Однако в Красноярск они попали не сразу, т.к. при подъезде стали распространяться слухи о том, что происходит в городе.

… «Гарнизон в Красноярске поднял мятеж, и город захватили какие-то повстанцы… ».
«…мы уже точно знали, что Красноярск в руках мятежников, что мятежи, которые, как считалось, были организованы социал-меньшевистскими группами (но на самом деле, наверное, большевиками, которые просочились в их ряды), за последнюю неделю переросли в кровавую гражданскую войну внутри Гражданской войны, что железнодорожная станция в Красноярске была в руках мятежников. Говорили, что всех, кто был связан каким-то образом с колчаковской армией, сбрасывали с поездов, арестовывали и «ставили к стенке».

У красноярского вокзала была сделана краткая остановка, а затем поезд проследовал до станции Клюквенная (в 100 верстах от города, ныне город Уяр). Там беженцам пришлось покинуть поезд и около трех недель провести в брошенном вагоне недалеко от станции на одноколейной железной дороге. Затем они были доставлены в Красноярск. Первым местом пребывания в нашем городе стал железнодорожный вокзал.

«Пробираясь сквозь толпу к выходу, мы наткнулись на странную группу людей, таких же, как и мы, беженцев. Не издавая ни звука, они медленно двигались вдоль станционной стены, что-то ища, внимательно вглядываясь напряженными, жадными глазами. Стена была практически вся покрыта наклеенными на нее листочками бумаги, которые развевались на ветру.
– Ты видела? Видишь эти записки? – воскликнула Оксана. – О, Боже! Давай посмотрим! Может быть, там есть что-нибудь и для нас.
Я протолкнулась ближе к стене, мои глаза выхватывали одну записку за другой.

«Саша, дорогой мой, мы проезжали здесь пятнадцатого декабря. Мама умерла от тифа, так и не узнав о бедном Коле. Ты – все, что у меня теперь осталось! Если ты когда-либо доберешься до Иркутска, оставь для меня записку в церкви рядом с железнодорожной станцией. Твоя Катя».

«Люди добрые, умоляю вас! Во имя Господа, пожалейте. Если вы встретите вдруг моего пятилетнего мальчика Мишу Сомова, голубоглазого, светловолосого, который потерялся в Рождество на станции Тайга, сообщите Вере Сомовой, Чита, военный госпиталь».


Вокзал ст. Красноярск, фото нач. 20 в.

Местом одной из встреч героев стала церковь недалеко от дома, где жила Ольга (предположения об этом доме и окружающей местности будут далее).

«Следующим вечером Оксана вернулась домой в лихорадочном возбуждении.
– Ты не могла бы пройти со мной до вокзала сразу после ужина? Владимир хочет тебя увидеть! Он встретит нас на углу за церковью. Нита, ну пожалуйста!

… Вечер был темным, безлунным и беззвездным. Улицы были укутаны морозной дымкой. Промежуток от пяти до шести часов, когда люди еще возвращались с работы, был самым безопасным временем для встреч с друзьями на улице – можно было поговорить, не опасаясь, что за тобой следят.
… Верин, по-видимому, хорошо знал город. Пока мы говорили, он кружным путем вывел нас к железнодорожной станции по каким-то затерянным улицам, мимо ряда пустых строений с выбитыми стеклами и каких-то амбаров. без окон, где нас никто не мог подслушать.
… В отличие от остальной части города, железнодорожная станция и здание вокзала были залиты светом. Снаружи было заметно какое-то движение, но внутри вокзал был полупустой, редкие голоса и звуки шагов отдавались в гулкой пустоте одиноким эхом. Не успели мы войти в зал ожидания, как Оксана сбивчиво пробормотала, что ей нужно найти кого-то или что-то – и исчезла…».



Полковая (батальонная) церковь находилась на ул. Гостинской (ныне Маркса) в районе нынешнего радиозавода. Не сохранилась.


Вокзал в 1906 г.


Современное здание жд вокзала

Упоминается в романе учреждение, где регистрировали беженцев. Это был так называемый "Пленбеж". В конце января - до 6 февраля 1920 г. Пленбеж находился в здании Общественного собрания (нынешний Дом офицеров).





С 6 февраля "Пленбеж" поменял адрес, переехав на Песочную, 62 (район ул. Урицкого за городской администрацией, до ул. Сурикова).


Предполагаем, что это одно из зданий в левой части этой фотографии 1957 г. Или где-то в этом районе

Фрагмент из романа, рассказывающий о поисках героями жилья:

Как они впечатались в мою память, эти двери! Как в навечно запечатленном кадре, в их проемах будут стоять эти хозяйки, такие разные, но так похожие друг на друга своей воинственностью, каждая защищавшая свое маленькое царство от подозрительных чужестранцев. Особенно таких, как мы, которые выглядели нищими и были нищими, но разговаривали и вели себя не как обычные нищие.

– Извините, товарищи, – это мы услышали от первой молодой хозяйки, которая была похожа на красную герань и упруго накрахмаленные занавески, украшавшие ее окно. – Извините, но вам следовало бы уже знать, что город весь переполнен. У нас у самих нет места, негде спать. Даже наша гостиная занята товарищами комиссарами, так что лучше не теряйте времени.

Или та длинноносая и злая, кричавшая на нас через узкую щель в двери:
– Ходят все и ходят… Звонят, стучат. Разве вы не понимаете, граждане, что нам опасно впускать таких, как вы? Если вдруг придет мой сын, увидит вас, бывших белых, в своем доме – не то что мы очень уж любим красных, но…

Кратковременным прибежещем героев стала больница в двух кварталах от жд станции. Видимо, это железнодорожная больница.

Больница открыта в 1896 г., функционирует и сегодня



Около месяца Ольга с родными прожили в одном из классов Красноярской школы землеустройства (геодезическое училище). Этот дом - один из тех, что идентифицируется однозначно. Школа землеустройства открылась в 1909 г. по адресу Благовещенская 48 (ныне Ленина, 68) и находилась там все время до и после революции. В 1920-е здесь был земелеустроительный техникум. Здание раньше было двухэтажным, в 1935 году пристроили еще два этажа, заложили галерею. В нынешнем доме трудно узнать прежний.



Землеустроительное училище располагалось рядом с мужской гимназией (ныне корпус СФУ на Ленина). С другой стороны сейчас - Красноярский литературный музей им. В. П. Астафьева.




Фото с Яндекс-панорам

Продолжение

Tags: Красноярск, история, прогулки
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 17 comments