?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

1726. Я сын страданья...

У нас вовсю идет подготовка к фестивалю и открытию книжной выставки, посвященной двухсотлетию со дня рождения великого русского писателя, поэта Михаила Юрьевича Лермонтова. Фестиваль пройдет 29-30 октября, позже мы еще напишем о его программе.

Мне всегда нравится такое «предвыставочное» время, когда много читаешь, изучаешь, дабы читателям преподнести в лучшем виде - ищешь самое интересное и… находишь. К стыду моему, Творчество Лермонтова я знала, ограничиваясь лишь школьной и университетской программой, а биографию, вообще – вскользь. Так вот, пришла к выводу, что, не зная о жизни творца – глубоко не поймешь и его творчества…

Лермонтов прожил короткую жизнь. Смертоносная дуэль с Мартыновым состоялась на 27-м году его жизни… Тогда, когда из под его пера уже лились гениальные строки, когда было столько планов и писательских идей. Невольно начинаешь болеть за нашу литературу, понимая, – не прервись его жизнь так скоро, многое бы он создал и донес! Шедевров, идей, мыслей!!! Некоторые критики громко заявляют, что Лермонтов мог бы пойти дальше Пушкина…

Откуда растет талант и гениальность? Из детства? Из семьи? Так вот, о детстве…
Я сын страданья. Мой отец
Не знал покоя по конец,
В слезах угасла мать моя;
От них остался только я…


Мать поэта, Мария Михайловна Арсеньева – единственная дочь в богатой помещичьей семье. Она была типичной для того времени романтически настроенной девушкой, воспитанной на нравоучительных, очень распространенных в России романах Руссо, Шатобриана, Августа Коцебу. Училась в одном из петербургских институтов для дворянских девиц, у нее в бытовом обиходе были альбомы с выписками из любимых авторов, она пела модные тогда чувствительные романсы, играла на клавикордах, мечтала о любви.

М.М._Лермонтова,_мать_М.Ю._Лермонтова
М. М. Лермонтова (1795—1817 гг.), мать М. Ю. Лермонтова

Отец, Юрий Петрович Лермонтов – молодой, но уже вышедший в отставку офицер. Он был редким красавцем, прекрасно сложенным, сильно нравившимся женщинам, привлекательным в обществе, веселым собеседником… Добр, но ужасно вспыльчив.

800px-Ю.П._Лермонтов,_отец_М.Ю._Лермонтова
Ю. П. Лермонтов (1787—1831 гг.), отец поэта

Марье Михайловне на момент свадьбы не было ещё и 17 лет, как тогда говорили - «выскочила по горячке». Для Юрия Петровича это была блестящая партия, так как 27-летний Юрий Петрович владел лишь небольшим сельцом Кропотовым, дававшим незначительный доход.

Рожать свою, не отличавшуюся крепким здоровьем, молодую жену Юрий Петрович повёз в Москву, где можно было рассчитывать на помощь опытных врачей. Михаил Лермонтов родился в ночь со 2 на 3 октября (по новому стилю – с 14 на 15 октября) в доме генерал-майора Толя у красных ворот, в Москве.
Проведя в Москве зиму, супруги выехали в село Тарханы, которое принадлежало матери Марии – Елизавете Александровне Арсеньевой (Столыпиной), которая, кстати сказать, была противницей их брака.

М._Ю._Лермонтов_ребенком._1817-1818_гг.
М. Ю. Лермонтов в возрасте 3-4 лет

И брак, действительно, оказался несчастливым. Юрий Петрович охладел к жене по причине ее женских болезней и, как вспоминают мемуаристы, «завел интимные отношения с бонной своего сына, молоденькой немкой и, кроме того, с дворовыми»*.

«Передряги с мужем, конечно, не были такого свойства, чтобы благотворно действовать на ее (Марии) организм. Она стала хворать. В Тарханах долго помнили, как тихая, бледная барыня, сопровождаемая мальчиком-слугою, носившим за нею лекарственные снадобья, переходила от одного крестьянского двора к другому с утешением и помощью, - помнили, как возилась она и с болезненным сыном. И любовь и горе выплакала она над его головой. Марья Михайловна была одарена душою музыкальною. Посадив ребенка своего себе на колени, она заигрывалась на фортепиано, а он, прильнув к ней головкой, сидел неподвижно, звуки как бы потрясали его младенческую душу, и слезы катились по личику. Мать передала ему необычайную нервность свою». (П.В. Висковатов).

Однажды, возвращаясь в Тарханы из гостей, Марья Михайловна, стала упрекать мужа в измене, пылкий и раздражительный Юрий Петрович ударил супругу кулаком по лицу. С этого времени болезнь Марьи Михайловны стала развиваться с невероятной быстротой и перешла в чахотку, которая свела ее в могилу.

«После смерти и похорон Марьи Михайловны, Юрию Петровичу ничего более не оставалось, как уехать в свое собственное небольшое имение Кропотовку, что он сделал в скором времени, оставив своего сына, еще ребенком, на попечение его бабушке Елизавете Алексеевне, сосредоточившей свою любовь на внуке Мишеньке, который будучи еще четырех-пятилетним ребенком, не зная грамоты, едва умея ходить и предпочитая еще ползать, хорошо уже мог произносить слова и имел склонность произносить слова в рифму». (П.К. Шугаев)
Многие биографы отмечают, что забрать сына Юрий Петрович не мог, поскольку тот был еще мал и нуждался в женском уходе. Он прекрасно осознавал, что сына воспитывать не на что, что он сделает его нищим, если не оставит бабушке. Тем более, Елизавета Алексеевна очень боялась потерять внука и объявила, что если Юрий Петрович заберет Мишу к себе, то она лишит внука наследства. Любящий отец победил в себе гордость обиженного человека, смирился, затаив злобу на тещу.

Арсеньева_Е._А.,_бабушка_М.Ю._Лермонтова
Елизавета Алексеевна Арсеньева (1773—1845 гг.), бабушка М. Ю. Лермонтова

Страх потерять внука доходила у Елизаветы Алексеевны до болезни. Потому она всячески препятствовала встречам: когда отец приезжал навестить сына, то Мишу увозили и прятали где-нибудь в соседнем имении, или же посылали гонцов за братом бабушки, чтобы тот помог, ежели Юрий Петрович задумает силой отнять Мишу. Легко понять, что отцу это не нравилось. Обоюдная и неприязнь всё росла.

Нечасто, но бывал Михаил у отца в Кропотове. Дворовые вспоминали, что Миша был резвым, шаловливым мальчиком, крепко любившим отца и всегда горько плакавшим при отъезде обратно к бабушке. Все эти семейные драмы, конечно же, оставили психологические травмы и боль в душе поэта.

1 октября 1831 г. Юрий Петрович умер, оставив в завещании теплые слова для сына: « Благодарю тебя, бесценный друг мой, за любовь твою ко мне и нежное твое ко мне внимание, которое я мог замечать, хотя и лишен был утешения жить вместе с тобою».

Лермонтов так откликнулся на его смерть:
Ты дал мне жизнь, но счастья не дал;
Ты сам на свете был гоним,
Ты в людях только зло изведал…
Но понимаем был одним.


Этим «одним» был сам Михаил.

Все же, мальчик не был обделен ни любовью, ни заботой. Бабушка дала ему отличное воспитание, накопила большое состояние, жила для него одного.
Е.А. Арсеньева имела твердый, неприступный, деспотичный характер. Представляла собой типичную личность помещицы старого закала, любившей высказывать всем правду в глаза. Ее семейная жизнь тоже не удалась. Замуж она вышла «по старости» за красавца Михаила Васильевича Арсеньева, который на 8 лет был младше ее. При этом по воспоминаниям ее окружения, она была не особо красива, высокая и неуклюжая. После рождения Маши она заболела женской болезнью, вследствие чего Михаил Васильевич сошелся с миниатюрной и изящной брюнеткой - соседкой по поместью, Мансыровой.

Муж Мансыровой находился в армии вплоть до 2 января 1810 года, когда на новогоднем маскараде в доме Арсеньевых разыгралась драма. Супруг Елизаветы Алексеевны посадил рядом ее и дочь и начал говорить, будто притчами: «Ну, любезная моя Лизонька, ты у меня будешь вдовушкой, а ты, Машенька, будешь сироткой». После этих слов Михаил Васильевич выпил какого-то зелья и умер. Средь всеобщего веселья произошел страшный переполох, гости разъехались, с супругой сделалось дурно.

После этого события Елизавета Алексеевна с дочерью уехала в Пензу, приказав похоронить мужа, произнеся при этом: «Собаке собачья смерть».
Нрав Елизаветы Алексеевны, действительно, был крутой. Но только не для внука. Заботливость бабушки о Мишеньке доходила до сумасшествия – каждое его слово, каждое желание было законом не только для окружающих, но и для неё самой. Все ходили кругом, да около Миши. Если собирались гости, то бабушка говорила только о нем. Зимой устраивали горку, и вся дворня катали, забавляли его. Были театральные постановки, занятия гимнастикой, музыкой охота с ружьем, рисование. Был у Миши свой «полк» деревенских мальчишек, одетых бабушкой в специальное военное платье. Средь этих мальчишек любил Миша устраивать кулачные бои и победителей, с разбитыми носами, всегда одаривал пряниками. Для забавы Мишеньки Елизавета Алексеевна выписала из Москвы маленького оленя и лося. У него было несколько комнаток в мезонине. В спальне - изразцовая лежанка, обитые желтым шелком диванчик и кресло, стены тоже желтые, отчего в солнечный день комнатка светилась, как фонарик. Пол в детской был покрыт сукном – мальчик рисовал на нем цветными мелками.

Из-за слабого здоровья трижды бабушка возила его на Кавказ, который мальчик навсегда полюбил:
"Увы! - за несколько минут
Между крутых и темных скал,
Где я в ребячестве играл,
Я б рай и вечность променял... "


Paintings_by_Mikhail_Lermontov,_1825
Кавказский пейзаж с озером, детский рисунок Лермонтова из альбома

Если внук заболевал (а это случалось часто), то дворовые девки освобождались бабушкой от работ, и по ее веленью, молились об исцелении молодого барина.
Вот еще один факт из воспоминаний П.К. Шугаева: «Когда Мишенька стал подрастать и приближаться к юношескому возрасту, то бабушка стала держать в доме горничных, особенно молоденьких и красивых, чтоб Мишеньке не было скучно».

Mikhail_Lermontov,_1820-22
М. Ю. Лермонтов в возрасте 6-8 лет

Такое воспитание – «…всеобщее баловство и любовь делали из Лермонтова баловня, в котором вместе с добротой развивался дух своеволия и упрямства, легко переходящие в жестокость» (П.А. Висковатов).

И.А. Арсеньев, родственник дедушки Михаила Юрьевича вспоминает: «…Помню, как старушка Арсеньева, обожавшая внука, жаловалась постоянно на него моей матери. Судя по рассказам, этот внучек-баловень, пользуясь безграничной любовью, с малых лет уже превращался в домашнего тирана. Не хотел никого слушаться, трунил над всеми, даже над своей бабушкой, и пренебрегал наставлениями и советами лиц, заботившихся о его воспитании».
Все эти обстоятельства, конечно, повлияли на склад характера и творчество Лермонтова. И, возможно, предопределили трагическую судьбу…

Отзывы о нем, как о человеке – противоречивы.
И. А. Арсеньев дает Лермонтову такую характеристику: «Одаренный от природы блестящими способностями и редким умом, Лермонтов любил преимущественно проявлять свой ум, свою находчивость, в насмешках над окружающей его средою и колкими, часто мелкими остротами, оскорблял иногда людей достойных полного внимания и уважения. С таким характером, с такими наклонностями, в такой разнузданностью он вступил в жизнь и, понятно, тотчас же нашел себе множество врагов».
«Как поэт, Лермонтов возвышался до гениальности, но, как человек, он был мелочен и несносен».

Приведу несколько отрывков из воспоминаний И.И. Панаева. «Странные и забавные отзывы слышатся до сих пор о Лермонтове. «Что касается его таланта, - рассуждают так, - об этом и говорить нечего, но он был пустой человек и при том недоброго сердца».

И вслед за тем приводится обыкновенно доказательства этого – различные анекдоты о нем во время пребывания его в юнкерской школе и гусарском полку. Как же соединить эти два понятия о Лермонтове-человеке и о Лермонтове-писателе?
«У него была страсть отыскивать в каждом своем знакомом какую-нибудь комическую сторону, какую-нибудь слабость, - и отыскав ее, он упорно и постоянно преследовал того человека, подтрунивал над ним и выводил его из терпения. Когда он достигал этого, он был очень доволен.
- Странно, - говорил мне один из его товарищей, – в сущности, он был, если хотите, добрый малый: покутить, повеселиться, - во всем этом он не отставал от товарищей; но у него не было ни малейшего добродушия, и ему непременно нужна была жертва, - без этого он не мог быть покоен и, выбрав ее, он беспощадно преследовал ее. Он непременно должен был кончить так трагически: не Мартынов, так кто-нибудь другой убил бы его…».
«Конечно, отчасти предрассудки среды, в которой Лермонтов взрос и воспитывался, отчасти увлечения молодости и истекавшее отсюда желание эффектно драпироваться в байроновский плащ, неприятно действовали на многих действительно серьезных людей и придавали иногда Лермонтову неприятный неестественный колорит. Но можно ли за это строго судить Лермонтова?»

А вот отзывы, более положительные.
А. В. Дружинин: «Большая часть из современников Лермонтова, даже многие из лиц, связанных с ним родством и приязнью, говорят о поэте как о существе желчном, угловатом, испорченном и предававшемся самым неизвинительным капризам, - но рядом с близорукими взглядами этих очевидцев идут отзывы другого рода, отзывы людей, гордившихся дружбой Лермонтова и выше всех других связей ценивших эту дружбу. По словам их, стоило только раз пробить ледяную оболочку, только раз проникнуть под личину суровости, родившейся в Лермонтове отчасти вследствие огорчений, отчасти просто через прихоть молодости, - для того, чтоб раздать сокровища любви, таившиеся в этой богатой натуре».
Друзья поэта оценивали его как верного, преданного, отдающегося всем сердцем дружбе человека; веселого, любящего общество, особенно женское, остроумного, отзывчивого, чуткого, не терпящего фальши и лицемерия. Иногда он был кроток и нежен, как ребенок, с задумчивым и грустным настроением. Сходились во мнении, что его скверный характер, напускной «байронизм» – это, скорее, драпировка…

Закончу строками самого поэта, которые мы все знаем. В них, на мой взгляд, он определил свой характер:
А он, мятежный, просит бури,
Как будто в буре есть покой!



* Все приведенные цитаты взяты из книги Е.Н. Гуслярова, О.И. Карпухина «Лермонтов в жизни». – Калининград, 1998 г.

Анна Курохтина
Май 2015
kraevushka
Красноярская краевая научная библиотека
САЙТ



Счетчик тИЦ и PR
Разработано LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner