Красноярская краевая научная библиотека (kraevushka) wrote,
Красноярская краевая научная библиотека
kraevushka

Categories:

Имре Кертес. «Без судьбы»

«Там, где книги жгут,
Там и людей потом в огонь бросают»
Генрих Гейне


Имре Кертес (1929-2016) – известный венгерский писатель, автор многочисленных романов и эссе, посвященных теме Холокоста. Лауреат Нобелевской премии в области литературы за 2002 год. Премия была дана за «описание хрупкого опыта борьбы индивида против варварского деспотизма истории… В своем творчестве Имре Кертес ищет ответ на вопрос о том, как сохранить свою индивидуальность в то время, когда общество начинает все активнее подчинять себе личность».



Имре родился в Будапеште, в возрасте 15-ти лет оказался в Германии сначала в Освенциме (Аушвиц), а затем и в Бухенвальде. Был освобожден только в 1945 году. После войны Имре вернулся в родную Венгрию, стал работать в газете и с 1953 года полностью посвятил себя литературной деятельности. Он не только писал правдивые книги и воспоминания о Второй мировой войне, но и был прекрасным переводчиком с немецкого. Перевел труды Фрейда, Ницше, Витгенштейна, Рота, Хофманшталя и Канетти.



Первый роман Имре Кертеса «Без судьбы» вышел в 1975 году и принес автору популярность. Еще свежи были воспоминания о Холокосте и ужасах концлагерей. Но для Кертеса важно было показать не только собственный опыт узника, но и то, до какой степени деградировал мир и человек в нем.

Книга написана в стиле автобиографической прозы. В романе юношу зовут Дердю Кевеш. Он с отцом живет в Венгрии, в то время поддерживающей Германию. В самой Венгрии к евреям относились по-разному, но чаще всего отрицательно. Общественные заблуждения создали черствое и циничное общество, презиравшее евреев. Дердю – еврей, а значит, должен делать так, как ему скажут – носить желтую звезду, покорно идти строем, добровольно написать прошение для отправки в Германию.

Вскоре отца Дердю отправили в трудовые лагеря, а самого юношу определили работать на нефтеперегонном заводе.
«В школу я сегодня не пошел. То есть пошел, но только чтобы отпроситься. Отец написал записку с просьбой освободить меня от занятий на весь день – «по семейным обстоятельствам». Классный наставник поинтересовался, что это за семейные обстоятельства. Я сказал: отца забирают в трудовые лагеря; больше классный наставник ко мне не цеплялся».

По причине своей национальности Дердю снимают с работы и увозят в Германию – сначала в Аушвиц, а затем в Бухенвальд, где он и пробыл до освобождения. Наивный подросток, Дердю вначале думал, что переезд в Германию – это хорошая возможность повидать мир.

«Самые разные мнения слышал я и относительно немцев. Многие – причем в основном это были люди немолодые, имевшие за плечами кое-какой жизненный опыт – говорили, что немцы, как бы там они ни относились к евреям, все же, в общем и целом, люди чистоплотные, честные, работящие, любящие порядок и точность и что, встречая эти качества у других, они и других способны уважать; действительно, примерно такие же представления были до сих пор о немцах и у меня; кроме того, я надеялся, что, когда мы туда попадем, мне наверняка пригодится то, что в гимназии я, пускай недолго, учил немецкий язык».

В суровую реальность Дердю окунулся в первый же день по приезду. О том, что с ним происходило, юноша пишет отстраненно, просто констатируя факты. Ведь он еще очень молод и не имеет большого жизненного опыта.

Он сравнивает лагеря: Освенцим – очень плохо, а вот Бухенвальд – уже получше. Не впадая в панику и не заливаясь слезами, подросток пишет о своей новой реальности, в которой человеческая личность свелась к инстинктам – поесть, поспать, помыться. И когда удавалось воплотить эти скромные мечты в реальность, он был даже счастлив.

«Теперь я знал, что там, напротив нас, в этот самый момент горят в печи те, кто ехал вместе с нами в поезде, кто на станции попросился на грузовик, кого, по возрасту или по другой какой-то причине, врач счел непригодным для работы, а также малыши и вместе с ними их матери, не говоря уже о будущих матерях, фигура которых выдавала их беременность, – так нам сказали. Со станции их тоже повели в баню. Им, как и нам, рассказали про вешалки, про номера, которые нужно хорошо запомнить, про то, где и как они будут мыться. Говорят, их тоже ждали парикмахеры, и мыло им раздали так же, как нам. Потом они тоже попали в помывочную, где тоже есть трубы и душевые розетки, – только из этих розеток на них пустили не воду, а газ».

В день освобождения Дердю слышал по репродуктору слова приветствия на разных языках. Но думал лишь о том, когда же принесут баланду? Свобода – это хорошо, но не мешало бы еще и покушать. Только услышав, что кормить их вскоре будут наваристым супом – гуляшем, подросток успокоился.

По возвращении Дердю не понимает людей, а они – его. Кто-то жалеет его и советует рассказать обо всем, другие же, наоборот, считают, что лучше забыть об ужасах поскорее. Но всем хотелось узнать о лагерном аде.

«А все-таки как бы ты представил ад?» – настаивал он, и я, начертив еще пару кругов, сказал: «Тогда я его представил бы таким местом, где не соскучишься. А в концлагере, даже в Освенциме, – добавил я, – могло быть и скучно – в определенных условиях, конечно». Он помолчал немного, потом спросил – уже как-то неохотно, как бы против своего желания, мне, по крайней мере, так показалось: «И чем ты это объясняешь?» Я, чуть поразмыслив, нашел нужное слово: «Временем». – «Как это: временем?» – «А так, что время помогает». – «Помогает?.. В чем?» – «Во всем».

И я попытался ему объяснить, насколько это другое дело – прибыть, например, пусть не на такую уж роскошную, но в целом вполне приемлемую, чистую, аккуратную станцию, где лишь постепенно, со временем, ступень за ступенью тебе все становится ясным. Пока ты проходишь одну ступень, пока поймешь, что она позади, приходит следующая. Когда ты все узнаешь, то и поймешь все. А пока ты все понимаешь, в это время ты ведь не сидишь сложа руки: ты делаешь свое дело, живешь, действуешь, двигаешься, выполняешь каждое новое требование каждой новой ступени. Если бы не было этой очередности и все знания обрушивались на тебя, скажем, сразу, то, может, ни голова твоя, ни сердце этого бы не выдержали, – так я пытался хоть в какой-то мере объяснить, что к чему».


Дердю принял решение просто жить дальше. Ведь прошлое изменить никто не в силах.

Дердю, как и сам Имре Кертис, сумел выжить в тяжелейшее время. Взрослея, он начал осознавать, что же с ним произошло. И тогда уже стал появляться глубокий анализ в его произведениях - почему наш мир допускает существование концлагерей? Откуда возникли причины, их породившие? Книга Имре Кертиса «Без судьбы» - это история подростка, жить которому довелось в военное время, проведя юность в заточении.

В 2005 году режиссер Лайош Кольтаи и кинокомпании шести стран – Венгрии, Великобритании, Германии, Израиля, Франции и США выпустили фильм по мотивам этой книги.


Приятного чтения!
Резник Марина Васильевна
Tags: война, зарубежная литература, современная проза, холокост
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments