Красноярская краевая научная библиотека (kraevushka) wrote,
Красноярская краевая научная библиотека
kraevushka

Categories:

Лев Семенович Симкин. «Собибор/Послесловие»

Лев Семенович Симкин по профессии – адвокат, родился в 1951 году в Москве. Автор книг о Холокосте, основанных на изучении рассекреченных архивных уголовных дел. В книге «Собибор» Лев Семенович воскрешает память отважного советского офицера и всемирного героя Александра Печерского (1909-1990). Попав в лагерь смерти, Печерский сумел организовать восстание 14 октября 1943 года. Лагерь Собибор находился на юго-востоке Польши, там же было уничтожено около четверти миллиона евреев со всей Европы. Александра Печерского поместили в этот лагерь также по национальному признаку, хотя он считал себя советским гражданином и офицером, и планировал после побега вновь присоединиться к воюющим подразделениям Красной Армии.




Александр Печерский

В книге использованы воспоминания самого Александра Печерского. Его подвиг не был широко известен отечественной публике вплоть до 1990-х годов, хотя в 1987 году вышел фильм «Побег из Собибора», в котором роль Печерского сыграл Рутгер Хауэр. Не так давно российские зрители смогли увидеть отечественную экранизацию с Константином Хабенским в главной роли.

Александр Аронович Печерский родился 22 февраля 1909 года в Кременчуге в состоятельной еврейской семье, позже семья перебралась в Ростов-на-Дону. В 1931-1933 гг. Александр Печерский проходил срочную службу в рядах РККА, а затем устроился электриком на паровозоремонтный завод. После окончания университета работал инспектором хозяйственной части в Ростовском финансово-экономическом институте. В молодые годы Печерский занимался в театральной студии, где и познакомился со своей будущей женой Людмилой Замилацкой. У них родилась дочь Элеонора (Эла). 32-летнего Александра Печерского призвали в ряды Красной Армии в первый же день войны – 22 июня 1941 года.

В октябре 1941 года Печерский воевал на смоленском направлении.
«Из одного окружения выходим, в другое попадаем», — рассказывал Печерский о событиях той осени. «Мне и небольшой группе поручили выносить из окружения комиссара полка, который был тяжело ранен, — писал он Валентину Томину. — Нашу группу возглавлял политрук т. Пушкин, но он имел глупость пригласить в землянку, когда мы были на отдыхе, двух гражданских с тем, чтобы кое-что узнать, и через полчаса нас окружили и забрали».

Комиссар скончался от полученных ран, а они попали в плен. Вместе с другими захваченными красноармейцами Печерского направили в лагерь для военнопленных. В плену он переболел тифом, прежде чем совершил первую попытку побега в мае 1942 года. Тогда Печерский пытался бежать вместе с четырьмя другими военнопленными. Но охранникам удалось предотвратить побег. Беглецов направили в штрафной лагерь в Борисове, а затем в лагерь в Минске. Там Печерского поместили в «Лесной лагерь» за городом, где во время медицинского осмотра и была установлена его еврейская национальность.

«В Минске немцы узнали, что я являюсь евреем по национальности, и я был направлен в Минский СС-арбайтслагерь, где содержались евреи и русские, которых направляли туда за связь с партизанами, отказ от работы и другие подобные действия», – из протокола допроса Печерского на предварительном следствии по киевскому делу.

По совету одного из старожилов в арбайтслагере Печерский выдал себя за столяра, хотя, по его собственному признанию, рубанка в руках не держал. 18 сентября 1943 года, Печерского в числе других заключенных-евреев перевели в «лагерь смерти» Собибор. Лагерь был создан немцами весной 1942 года на юго-востоке Польши, близ небольшого села Собибур, по имени которого и получил название сам концлагерь. Создание лагеря было одним из составных компонентов плана «Рейнхард», предусматривавшего полное уничтожение еврейского населения на территории генерал-губернаторства (Польши).



В лагере Собибор происходило регулярное уничтожение находившихся в нем заключенных. Всего с апреля 1942 по октябрь 1943 года в Собиборе было убито около 250 тысяч заключенных еврейской национальности. Побеги были редкими и практически невозможными – лагерь располагался в лесу, был окружен четырьмя рядами колючей проволоки высотой в три метра. Между третьим и четвертым рядами пространство было заминировано, между вторым и третьим регулярно ходили вооруженные патрули охранников. На вышках также круглосуточно дежурили охранники.

«В Собибур из минского лагеря вместе со мной было направлено около двух тысяч человек, – Печерский давал такие показания 11 августа 1961 года на предварительном следствии по киевскому делу. – Это я знаю потому, что перед построением нас пересчитывали, вернее, построение было перед погрузкой нас в эшелоны, и вот тогда-то нас пересчитывали. В вагоны нас сажали товарные и в каждый из них набивали по 70—80 человек, так, что в вагоне мы могли только стоять, вплотную прижавшись, друг к другу и только некоторые могли присесть на корточки. Везли нас до Собибура в течение трех дней и за это время вагоны ни разу не открывали, пищи и воды не давали».

В Собиборе новоприбывших вели в «баню» мимо уютных домов эсэсовцев, на которых красовались надписи: «Родина Христа», «Веселая Блоха», «Ласточкино гнездо». Людям и в голову не приходило, что, читая эти надписи, они идут прямо к смерти. Каким образом Печерский остался жив? Лев Симкин приводит протокол допроса:

«Из числа прибывших немцы отобрали человек восемьдесят наиболее здоровых в физическом отношении людей, которых они затем использовали на различных работах в лагере, в основном на строительстве бараков. В число отобранных попал я и еще несколько бывших военнослужащих Советской Армии. Всех остальных прибывших совместно с нами людей из минского СС-арбайтлагеря, как я узнал позже, уничтожили».

В Собиборе было всего четыре зоны (их часто называли «лагерями»). По описанию Печерского, Собибор выглядел следующим образом: «Весь лагерь, насколько мне было известно, разделялся на четыре части. В первой части находились бараки, в которых проживали люди, использовавшиеся на различных работах в лагере Сабибур.

Вторая зона лагеря была предназначена для того, что бы в ней раздевать догола привезенных для уничтожения людей. Я знал, что у людей отбирают ценности и деньги, вещи и ценности немцы забирают себе. … Знаю, что там людям предлагали раздеваться и идти в «баню», а затем их отправляют на работу. Люди верили, что их отправят помыться и добровольно раздевались…

В третьей зоне лагеря происходило уничтожение людей. Как мне рассказывали, людей загоняли в специальные камеры, закрывали эти камеры и отравляли людей газом. Могу твердо сказать, что в третью зону лагеря никому из рабочих доступа не было. Туда могли ходить только немцы и охранники. Я видел, что люди прибывают в лагерь, и кто попадал в третью зону, тот оттуда уже не возвращался.

В четвертой зоне немцы заставляли нас, восемьдесят человек, прибывших последним эшелоном, строить какие-то бараки. Та зона была расположена неподалеку от третьей зоны, где уничтожали людей, и мне неоднократно приходилось слышать крики и плач уничтожаемых людей и выстрелы. Немцы, чтобы заглушить эти крики и чтобы окружающее лагерь население не узнало, что происходит внутри, завели на территории лагеря между третьей и четвертой зоной большое стадо гусей. Голов триста. И во время уничтожение заставляли заключенных гонять этих гусей, чтобы гуси своими криками заглушали человеческие стоны и вопли».


Печерского десятки раз спрашивали: «Был момент, когда вы решились на восстание? Что послужило импульсом? Он всегда отвечал одно и то же: «Был такой момент. Это когда я услышал крик погибающего ребенка». В первый же день своего пребывания в Собиборе он услышал из третьего сектора крик: «Мама, мама!» Крик напомнил ему о дочери. Этот кошмар долго преследовал Печерского, после войны он часто кричал во сне: «Эла, Эла!»


Александр Печерский с дочерью

Восстание в Собиборе произошло 14 октября 1943 года. Его план был разработан Печерским, который решил, что самый простой путь – тайно и поодиночке ликвидировать персонал лагеря, затем захватить склад с оружием и перебить охранников. Восставшие убили 12 унтер-офицеров СС из администрации лагеря и 38 охранников, но не смогли захватить склад оружия. Тогда восставшие под огнем охранников побежали через минное поле и смогли уйти в лес.

Из 550 заключенных рабочего лагеря 130 человек отказались участвовать в побеге, еще 80 человек погибли во время восстания, 170 человек были пойманы в процессе масштабной поисковой операции, организованной эсэсовцами. Оставшихся в лагере заключенных и пойманных беглецов всех уничтожили. Тем не менее, 53 участникам побега из Собибора удалось дожить до конца войны. Для гитлеровского командования массовый успешный побег заключенных из Собибора был невиданным унижением. Именно поэтому лагерь Собибор был закрыт, полностью разрушен и стерт с лица земли. На его месте немцы устроили поле и засадили его картофелем.

Восемь бывших советских военнопленных во главе с самим Александром Печерским смогли добраться до Белоруссии, где присоединились к партизанским отрядам имени Фрунзе и имени Щорса. В составе отряда имени Щорса оказался сам Печерский с несколькими товарищами по побегу. Он стал подрывником-диверсантом, бился против оккупантов, пуская под откос немецкие эшелоны. Однако, как только в Белоруссию вошли части Красной Армии, Печерский был арестован как человек, побывавший в плену и вернувшийся оттуда странным образом. Его направили в состав 15-го штурмового стрелкового батальона 1-го Прибалтийского фронта, чтобы он кровью мог искупить «вину» перед Родиной.

Возможно, именно благодаря тому, что Печерский попал в штурмовой батальон, его подвиг в Собиборе и получил известность. Командовавший батальоном майор Андреев, находясь под впечатлением от рассказа подчиненного, направил Печерского в Москву – в Комиссию по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их пособников. Со слов Печерского писатели Павел Антокольский и Вениамин Каверин написали очерк «Восстание в Собиборе», который был включен в вышедшую после войны знаменитую «Черную книгу».

Печерский продолжил воевать с нацистами, в бою у города Бауск 20 августа 1944 года был ранен в бедро осколком мины, четыре месяца провел в госпитале, после чего был комиссован и получил инвалидность. Выписавшись из госпиталя, Печерский вернулся в Ростов-на-Дону. В 1945 году он написал книгу – воспоминания о восстании в Собиборе.



Несмотря на уникальность подвига Печерского, советское руководство не спешило оценить его по достоинству. За сорок лет вышло лишь несколько статей о нем. До того времени, когда история Собибора получила всероссийскую известность, Александр Аронович не дожил. Он скончался в 1990 году в возрасте 80 лет в Ростове-на-Дону и был похоронен на Северном кладбище.

Марина Резник
Tags: война, книги
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment