Красноярская краевая научная библиотека (kraevushka) wrote,
Красноярская краевая научная библиотека
kraevushka

Category:

К Международному дню освобождения узников фашистских концлагере

11 апреля 2021 года отмечается Международный день освобождения узников фашистских концлагерей. Он посвящен людям, которые погибли в фашистском плену. Этот день отмечается во многих странах мира, в том числе и в России. Событие приурочено к восстанию пленников Бухенвальда, которое произошло 11 апреля 1945 года. Но не менее страшным лагерем был Освенцим (Аушвиц). Люди, пережившие его, написали об этом книги.
Примо Леви. «Человек ли это?»

Примо Леви (1919–1987) - итальянский писатель еврейского происхождения, поэт и публицист, химик по образованию. В двадцать четыре года он был депортирован в концлагерь и стал узником Освенцима № 174517.

Знание немецкого языка, потребность нацистов в профессиональных химиках, помогли Леви выжить. Сразу после освобождения он написал книгу «Человек ли это?», считая своим долгом перед погибшими засвидетельствовать злодеяния фашистов.

Примо Леви родился в Турине 31 июля 1919 г. в семье пьемонтских евреев. Его отец Чезаре работал в промышленной фирме «Ганц» и часто ездил в Венгрию, где находился головной офис компании..

Мать Леви Эстер, была хорошо образованной женщиной – в молодости она посещала занятия в Институте Марии Летиции. В 1925 г. Леви поступает в начальную школу, а в сентябре 1930 г. в Королевскую Гимназию Массимо д’Адзелио, на год раньше обычных возрастных требований. В классе он был младшим, самым маленьким и самым умным учеником, так же, как и единственным евреем.

После чтения «О природе вещей» У. Г. Брэгга Леви решил стать химиком. В конце лета 1937 г. он сдает экзамены и поступает в Университет Турина на химический факультет.

Но в 1938 году фашистское правительство издало расовые законы, которые запрещали евреям посещать государственные учебные заведения. Еврейским студентам, которые уже начали обучение, все же разрешалось закончить курсы, но абитуриенты среди евреев уже не могли поступить в университеты.

В сентябре 1943 года пришел к власти Бенито Муссолини, которого поставили во вглаве марионеточного государства Итальянская Социальная республика (Республика Сало). По сути, весь север Италии находился под контролем немцев.


Леви с семьей вынуждены были бежать в поселок Амэй – он находился на пути в Швейцарию, которая не признавала фашистские расовые законы. Совершенно неготовые к такому приключению, они быстро попали в руки фашистов.

«Фашистские полицейские схватили меня 13 декабря 1943 года. Мне было двадцать четыре, я был наивен, неопытен и исполнен решимости,- внушенной обособленной жизнью предыдущих четырех лет, навязанной мне расовыми законами, - хранить свой собственный мир, населенный видениями цивилизованного рационализма, искренней мужской и бесплотной женской дружбы.

Три отряда фашистской полиции, вышедшие ночью в расчете ошеломить куда более серьезную и опасную партизанскую часть, чем наша, ворвались в наше убежище в призрачном свете заснеженного утра, и повели меня вниз, в долину, как подозрительную личность.

В ходе последовавшего затем допроса я предпочел признать свой статус «итальянского гражданина еврейской расы». Я полагал, что в противном случае не смогу объяснить, каким образом оказался в местах, слишком заброшенных даже для беженца.

Выяснив, что я еврей, фашисты отправили меня в Фоссоли, под Моденой, где находился большой пересыльный лагерь, первоначально предназначавшийся для британских и американских военнопленных, а теперь превращенный в сборное место для различных категорий людей, неприемлемых для новорожденной фашистской республики».




21 февраля 1944 заключенных лагеря перевезли в Освенцим. Там Леви провел 11 месяцев до освобождения лагеря Красной Армией. Из 650 итальянских евреев в Освенциме остались в живых лишь двадцать. В среднем продолжительность жизни в лагере составляла 3 месяца.

Леви немного знал немецкий из чтения немецких публикаций по химии. Он быстро ориентировался в жизни лагеря, не привлекая внимания тех заключенных, кто находился здесь на привилегированных позициях.

Он отдавал хлеб, чтобы платить более опытным итальянским заключенным за уроки немецкого, а его друг Лоренцо Перроне, итальянский каменщик, находившийся в лагере на принудительных работах, тайно передавал ему порцию супа.

В середине ноября 1944 года Леви получает позицию помощника в химической лаборатории, которая занималась получением синтетической резины, поэтому ему удалось избежать тяжелого труда на морозе.

Незадолго до освобождения лагеря советскими войсками он заболел скарлатиной и попал в лагерный лазарет. В середине января с приближением Красной Армии нацисты начали поспешную эвакуацию лагеря, но большинство тяжелобольных заключенных не выдержали стремительного марш-броска и умерли. То, что Леви находился в это время лазарете, спасло его от этой участи.

В Турин Леви вернулся почти неузнаваемым – так сильно он исхудал и осунулся. Восстановление заняло несколько месяцев. Леви старался наладить контакты с семьей и друзьями, найти работу. Но тяжелее всего были неотступные воспоминания об Освенциме.

Постепенно Леви стал записывать свои мысли на бумагу. Так появилась книга «Человек ли это?», в которой Леви рассказал о самом страшном годе в своей жизни, а также попытался дать философскую оценку деятельности людей в нацистском лагере.

Оказалось, что, несмотря на невыносимые условия жизни, истощенные и измученные люди были способны на взаимовыручку, сочувствие и дружбу. Это единственное, что еще внушало Леви веру в человека.

До конца своих дней писатель не мог забыть страшный лагерь смерти. Несколько раз он был в Германии и при этом надевал рубашки с короткими рукавами, которые открывали татуировку с его номером. Леви посетил более 130 школ, рассказывал о пережитом в Освенциме.

Он был шокирован ревизионизмом – когда историю концентрационных лагерей пытаются переписать как менее страшную. На его взгляд, нацистские лагеря смерти и их попытки уничтожить евреев – уникальное историческое явление, поскольку целью было тотальное уничтожение всей нации другой нацией. Примо Леви стал для Италии и всего мира символической фигурой, олицетворяющей антифашизм.

Павел Маркович Полян. «Жизнь и смерть в аушвицком аду»

Павел Маркович Полян – российский писатель и литературовед, автор статей о Великой Отечественной войне и Холокосте. Его книга «Жизнь и смерть в аушвицком аду» совмещает в себе публицистику и художественную литературу. Автор приводит подробные сведения о концлагере:

«Лагерь смерти Аушвиц-Биркенау – это по-своему совершенное и новаторское предприятие конвейерного типа, плод напряжения идеологической и инженерной мысли лучших национал-социалистических умов!

Даже экономико-географическое положение было принято во внимание! А оно было незаурядным – фактически на пересечении пяти железных дорог! Широтная ось Краков – Гливице (или Краков – Катовице) встречается здесь (в Засолье, ближе к Биркенау-Бжезинке) с меридиональной дорогой Варшава – Острава, и совсем неподалеку и еще одно диагональное ответвление – на Сосновец.

Все до мелочей продумано и предельно технологично. Например, приспособления для подогрева воздуха в газовых камерах, благодаря чему синильная кислота из гранул одного дезинфицирующего спецсредства испаряется быстрее, и смерть не заставляет себя слишком долго ждать.

Или эти желобки для ускоренного стекания жира, или эти сита-дробилки для просеивания пепла и размельчения непрогоревших костей, или эти совершенно особые «санитарные» машины с красными крестами на бортах для перевозки банок с теми самыми гранулами и обслуживающих их сотрудников в противогазах, ежедневно и героически рискующих своей жизнью во имя высокой и очистительной цели – обезъевреивания Европы!».

Павел Полян опубликовал и прокомментировал рукописи членов зондеркоманды Лейба Лангфуса, которые были вспомогательными рабочими.

Такие зондеркоманды нацисты составляли почти исключительно из евреев, заставляя их ассистировать себе в массовом конвейерном убийстве десятков и сотен тысяч других людей, – как евреев, так и неевреев, – в газовых камерах, в кремации их трупов и в утилизации их пепла, золотых зубов и женских волос. То, что они уцелеют и переживут Шоа (катастрофу), нацисты не могли себе и представить.

Тем не менее, около 110 человек из примерно 2200 уцелели, а несколько десятков из них или написали о пережитом сами, или дали подробные интервью. Но и некоторые погибшие оставили после себя письменные свидетельства, закапывая их в землю и пепел вблизи крематориев Аушвица-Освенцима. Часть из них была там и обнаружена после войны. Эти свитки стали центральными документами Холокоста.

В книге «Жизнь и смерть в аушвицком аду» авторами рукописей выступают пять летописцев, а точнее – их тексты. Это Залман Градовский, Лейб Лангфус, Залман Левенталь, Хайм Герман и Марсель Наджари. Их рукописи были обнаружены между 1945 и 1980 гг.

Также добавлена рукопись Аврома Левите, который не был членом зондеркоманды, но его текст – предисловие к литературному альманаху «Ойшвиц» - был написан в нескольких сотнях метров от газовых камер и крематориев. О каждом из авторов Павел Маркович постарался найти сведения о жизни, а также о том, как были найдены их рукописи. В дополнение в книге содержится отчет комиссии, проводившей расследование в концлагере после его освобождения.

Ева Шлосс. «После Аушвица»
Ева Шлосс (Гейрингер) родилась в 1929 году и прошла через концлагерь Освенцим. Пережив Холокост, Ева стала известным во всем мире лектором и старается рассказать правду о том страшном времени.

«После Аушвица» - не просто дневник, а целая исповедь Евы, повествование о судьбе своей семьи на фоне трагической истории XX века. Безоблачное детство, арест в день своего пятнадцатилетия, борьба за жизнь в нацистском концентрационном лагере, потеря отца и брата, возвращение к нормальной жизни - обо всем этом Ева пишет в своей книге.

«Я выжила, чтобы рассказать свою историю… и помочь другим людям понять: человек способен преодолеть самые тяжелые жизненные обстоятельства», утверждает Ева Шлосс.

Ева родилась в обеспеченной семье и провела детство в Вене. Она была активным и любознательным ребенком. Но жизнь в Австрии сильно изменилась после аншлюса. Стала набирать силу антисемитская политика и в 1940 году семья Евы решила переехать в Голландию, но и там вскоре обосновалась чума фашизма.

В 1944 году семья Евы оказалась арестована и отправлена в Аушвиц. Ева пережила тиф в лагере и вместе с мамой дождалась освобождения концлагеря советскими войсками.

Исторический интерес представляет не только жизнь Евы в концлагере, но и то, какой она стала после освобождения. Советские войска вывезли ее в Одессу и вскоре Ева с мамой вернулись в Голландию.

Очень тяжело было начинать жизнь сначала, особенно невосполнимой оказалась утрата других членов семьи – погибли брат и отец Евы. Голландское общество не спешило помочь бывшим узникам, относилось к ним с предубеждением.

Ева приняла решение уехать в Англию, где жили ее бабушка с дедушкой. Получив образование, стала работать фотографом, а вскоре вышла замуж и стала матерью.

Ева Шлосс оказалась связана с печально известной судьбой Анны Франк. После войны Отто Франк женился на матери Евы, и Ева стала его падчерицей. Она приняла живое участие в фонде имени погибшей Анны. Свою же историю Ева впервые рассказала в зрелом возрасте. Внезапно ее стали приглашать на различные мероприятия с просьбой повторить рассказ.

Так Ева пришла к решению написать книгу о своей непростой жизни.

Книга «После Аушвица» написана очень искренне, в ней Ева анализирует свое прошлое, пытается жить настоящим днем, но боль и ужас от пережитого постоянно накатывают на нее. Ведь Еве пришлось учиться жить заново – за пределами колючей проволоки. И заново обрести веру в человечество и человечность.

Резник Марина Васильевна
Tags: ВОВ, история, узники
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments